Жуковская Ольга Исаковна (Исааковна)
![](/sites/default/files/awards/orden_otech_voini_2st_0.png)
![](/sites/default/files/awards/orden_krasnoy_zvezdy_0.png)
![](/sites/default/files/awards/medal_za_oboronu_kavkaza_0.png)
![](/sites/default/files/awards/medal_za_pobedu_nad_germaniey_0.png)
![](/sites/default/files/awards/medal_za_vzyatie_kenigsberga_0.png)
орден Отечественной войны 2-й степени, Красная Звезды, медалями.
лейтенант
старший лейтенант
капитан
хирург 72-го полевого госпиталя 1941
врач 46-го гвардейского ночного бомбардировочного авиционного полка 325-й ночной бомбардировочной дивизии 1941-1943
старший врач 790-го истребительного авиционного полка 1943-1945
Родилась в 1918 году. Еврейка. В РККА с 1941 года.
Из воспоминаний...
Каждый день в полк прибывало пополнение. Обитатели карантинного барака то и дело поглядывали в окно, с волнением ожидали увидеть подруг, с которыми вместе учились в аэроклубах и авиашколах. «Новичков» осаждали вопросами: как там, на «гражданке?»...
Врач Ольга Жуковская ответить на такой вопрос не могла. Если довоенная судьба сложилась у нее так же, как у большинства других девушек-авиаторов - школа, медицинский институт, который она закончила за два дня до начала войны, то потом все получилось иначе. Уйдя добровольно в армию, она стала хирургом 72-го полевого госпиталя.
Об этом периоде Ольга Ивановна Жуковская вспоминает: «Моя хирургическая деятельность продолжалась только два месяца. В сентябре 1941 года наш госпиталь вместе с другими частями Юго-западного фронта попал в окружение. Выходить из окружения было очень трудно, шли только по ночам, обходя большие населенные пункты. Трудно сейчас передать волнение и радость, когда через несколько дней в одном небольшом населенном пункте мы услышали родную русскую речь: «Стой, кто идет!». Мы вышли к своим.
Всех нас, вышедших из окружения, направили в город Харьков в медицинский резерв и оттуда распределяли по частям. Меня с группой врачей отправили в Куйбышев, в Главное санитарное управление Красной Армии за новым назначением. Здесь я получила направление в город Энгельс, в распоряжение майора Расковой.
Добираясь из Куйбышева до Энгельса, я еще не знала, куда попаду. Только в Энгельсе я узнала о том, что здесь Раскова формирует женскую авиационную часть.
На следующий день меня вызвала на беседу М. М. Раскова.
Выглядела я, наверное, очень смешно, обмундирования нового еще не получила, на мне было обмундирование всех родов войск и главным его украшением были огромные армейские ботинки с обмотками. Увидев меня, майор Раскова улыбнулась, спросила, кто меня так одел и тут же распорядилась выдать мне новое обмундирование.
От нее я узнала о том, что в ее части одни женщины, что проходят они обучение и в скором времени собираются на фронт, что в одном из полков я буду врачом.
Первое время я ходила как во сне. До войны не представляла себе, что у нас так много женщин в авиации, а здесь сразу столько их, известных и неизвестных, и
все они казались мне героинями.
Наверное, выглядела я совсем девочкой и никакой «врачебной солидности» в моей внешности не было, так как наш комиссар Евдокия Яковлевна Рачкевич как-то подошла ко мне и спросила, когда я успела закончить институт.
Мы, врачи, жили в небольшой комнатке при медпункте нашего общежития. Здесь же проводили всю работу по осмотру прибывающего пополнения. С каждым днем прибывающих было все больше и больше. Нужно было обеспечить санитарную обработку, медицинский осмотр, позаботиться о питании прибывающих.
Особенно интересной для меня стала работа, когда начались тренировочные ночные полеты нашего полка. Я как старший врач полка ночных бомбардировщиков каждую
ночь находилась на старте. Это была для меня очень полезная работа. Я знакомилась со спецификой работы летчиков, техников, оружейников. Я видела, сколько сил и энергии они отдают, чтобы быстрее освоить ночные полеты. Многие девушки, студентки институтов, до этого никогда не летали, им особенно трудно было привыкать к по
летам. Первые полеты были для них иногда мучительны,
но они упорно тренировались и добились того, что стали хорошо чувствовать себя в воздухе. Находясь всегда вместе, мы лучше узнавали друг друга, здесь рождался наш дружный, боевой коллектив, с которым предстояла большая боевая работа. Здесь я узнала волнение за каждый экипаж, Поднявшийся в воздух, ожидание его благополучного приземления. Как хорошо бывало, когда утром, окончив работу, мы все вместе возвращались с аэродрома в общежитие»